RE: ПЕРЕПИСКА С ИГОРЕМ

    Martha
    Admin
    none
      Письмо Игоря 12.7.2018

      Здравствуйте, Рахиль!
      Вашу переписку с Борисом я с интересом прочел. Нашел там несколько весьма лестных слов в свой адрес. Не скрою, порадовался, что произвожу столь благоприятное впечатление. Но вот за Аристиппов, право же, обидно. Ну чем они так всем не угодили?

      Как по мне, так Аристипп —
      Очень славный психотип.
      Он и лектор, и писатель,
      И вообще успешный тип.

      И почему обязательно именно Сталин сразу вспоминается, а не Иоганн, скажем, Себастьян Бах?

      Правда, у меня, выражаясь словами Бориса, этот результат относительно себя тоже не «щелкнул», как, собственно, и другие, всплывавшие по ходу дискуссии. А можно сказать иначе: «щелкнули» все, в том смысле, что я, пользуясь обаятельной метафорой другого Вашего собеседника, примерил каждую из предложенных шкурок, подтянул где жмет, присобрал где свободно, ну, треснуло где-то — не беда, прикрыл — и ничего вроде сидит нормально, носить можно. В общем, готов принять любую из тех версий и даже взялся бы доказать, что именно она и есть правильная. И ведь велика вероятность, что преуспел бы.

      Вот чем, например, плох Маслоу? Он великолепен уже тем, что это самый гибкий и воспитуемый психотип. Разве нельзя объяснить все нестыковки тем, что я просто соответствующим образом воспитался (или меня воспитали) и успешно мимикрировал под среду и условия? Кроме того, это ведь была первая версия, а при интуитивной экспертной оценке она, пожалуй, имеет некоторую фору, пока анализ не успел включиться и размыть цельное восприятие картины частными сомнениями.

      Предложенный мною пару писем назад принцип параметризации в какой-то мере противоречит тезису Афанасьева о 25-м гармоничном психотипе. Но меня это мало беспокоит. Мне кажется, гармоничных вариантов должно быть по меньшей мере столько же сколько и психотипов. Достаточно взглянуть на подборку персонажей на http://www.psychotype.info и, надеюсь, для каждого удастся найти подходящий пример. Специально, правда, не проверял. Тем не менее, мир прекрасен своим многообразием и не думаю, что всем есть смысл стремиться к одному идеалу. Да, быть может, Гоголю с Чайковским и нечего делать в космосе, но ведь и Гагарин ни «Мертвых Душ», ни «Лебединого Озера» никогда бы не написал.

      В своих письмах Борис затронул несколько интересных, на мой взгляд, моментов, на которых хотелось бы заострить внимание.
      Говоря о теории познания, он цитирует А. С. Хоцея:
      «Содержательность — этим термином я обозначаю такую всеобщую особенность познания, что оно сперва знакомится с фактами, выделяет их как особые объекты внимания, уясняет себе их содержание, то есть свойства и характеристики объектов, и лишь затем приступает к их объяснению, то есть поиску связей с иными фактами-объектами. Это вполне понятно: наоборот быть никак не может.»

      Может. В математике происходит прямо обратное. Математику как науку и, соответственно, математика как исследователя напрочь не интересует природа изучаемых объектов, равно как и реальные факты о них. Как остроумно подметил Бертран Рассел, «mathematics may be defined as the subject in which we never know what we are talking about». Обычно изложение математической теории начинается словами: «пусть имеется множество объектов, природа которых нас не интересует…» потом относительно этих объектов делаются некоторые базовые предположения (аксиомы), опираясь на которые, уже и выстраивается дальнейшая теория. Подчеркиваю, эти аксиомы фактически просто выдумываются, чтобы с чего-то начать логическую цепочку. Они не могут ниоткуда взяться, ни из какого эмпирического опыта, ибо предполагается, что кроме этих аксиом, об изучаемых объектах нам не известно ровным счетом ничего.

      Да, геометрия возникла из вполне практического стремления грамотно распланировать земельные угодья. Отсюда и название. Но топология, например, которую можно рассматривать как обобщение геометрии, занимается уже отнюдь не количественными, а качественными закономерностями, ибо топологическое пространство, в отличие от знакомого по школьному курсу евклидова, по сути являющегося лишь частным случаем, даже и метрикой уже обладать не обязано. Вообще, современная математика занимается изучением не столько количественных, сколько качественных взаимоотношений между абстрактными объектами, удовлетворяющими тем или иным условиям, в отрыве от их природы, что позволяет докапываться до фундаментальных законов мироздания как таковых, а не выявлять лишь частные случаи их действия. О технике же практического применения полученных таким образом теорий и моделей я говорил в одном из предыдущих своих писем.

      Борис совершенно справедливо указывает на то, что периодическая система Менделеева со всеми своими нерегулярностями вроде лантаноидов и актиноидов следует из квантовой физики. Хочу добавить к этому, что квантовая механика в свою очередь, на мой взгляд, является просто хрестоматийным примером практического применения абстрактной математической модели, о котором я писал. В самом деле, отождествление наблюдаемых квантовой механики (физических величин, таких как скорость, координата и т.п.) с линейными самосопряженными операторами, действующими в сепарабельном гильбертовом пространстве, чисто формально. Просто удается достаточно надежно убедиться в выполнении для них базовых аксиом. И все. Этого оказывается достаточно для того, чтобы модель работала и не давала сбоев. А сама теория возникла раньше и в отрыве от реальной природы. И не нужно искать эмпирических соответствий, а на закономерности можно полагаться смело.

      Выходит, грамотное теоретическое обоснование может быть куда надежнее практических подтверждений. Заметив некую закономерность, выведя ее из наблюдений за реальным миром и начав успешно применять на практике, мы, строго говоря, от сбоев не застрахованы. Сотня успешных применений — фактор весьма обнадеживающий, но, увы, еще не гарантия. Говорят, теория без практики мертва, но практика без теории слепа. Именно такой смысл вкладываю я в расхожую фразу: в каждой науке столько истины, сколько в ней математики.

      Если смысл специальных терминов, употребленных мною в последних абзацах кажется не вполне ясным, воспринимайте их просто как имена собственные, — надо же было как-то назвать упоминаемые объекты. Суть не в них. Я лишь хотел показать, что высказывание А. С. Хоцея «Это вполне понятно: наоборот быть никак не может» совершенно безосновательно и в корне неверно. То, что я чего-то не знаю и даже не могу себе представить, согласитесь, еще не означает, что этого не существует, а тем более не может быть. Кстати, проблема существования тоже обычно входит в компетенцию математики.

      Увы, о математическом подходе как способе познания в таком ключе не рассказывают ни в школьном курсе, ни, сколько могу судить, в технических вузах. А жаль. Для меня на первом курсе это явилось открытием, заставившим взглянуть на математику совсем другими глазами. А вот философу, пишущему о теории познания, полагаю, следовало бы с большей ответственностью и осторожностью подходить к высказываниям такого рода. Впрочем, я, каюсь, не воспользовался любезно предоставленными Борисом ссылками и не исследовал контекст, из которого была взята цитата, то есть сам проявил некоторую легкомысленность и безответственность. Быть может, там для этого утверждения была явно обозначена определенная область действия? Коли так, приношу извинения.

      Общеизвестно высказывание, приписываемое Ломоносову: «Математику изучать надобно, поскольку она в порядок ум приводит». В школьные годы оно вызывало у меня иронию. Сейчас, понятное дело, давно уже нет. Хотя, думаю, Ломоносов (если, конечно, это действительно он сказал) вкладывал в него не совсем тот смысл, что я. Все-таки математика в его времена была совсем другой. Математический подход не является универсальной панацеей, но иметь о нем представление, мне кажется, в любом случае полезно.