ПЕРЕПИСКА С БОРИСОМ ФИНОГЕНОВЫМ

3.7.2018
Здравствуйте!
Конечно. Извините, что «перегрузил» Вас общением. В принципе, то, что я хотел написать прежде всего, я уже написал в первых письмах. Причём даже они были бы значительно короче, если бы я вовремя сообразил, что Вы не готовы разбираться в нюансах теории и лишний раз сопоставлять её с контекстом других психологических наработок. В вопросе типирования меня самого Вы мне уже достаточно помогли, дальше сам справлюсь :). Остальное не имеет большого значения.

Впрочем, один вопрос всё-таки продублирую. Мне бы хотелось, чтобы Вы на него просто ответили, без последующего обсуждения — я просто хочу быть уверенным, что правильно Вас понял: верно ли, что, на Ваш взгляд, Афанасьев ошибочно определил свой собственный психотип и на самом деле был «эйнштейном», а не «лао-цзы»?
С уважением,
Борис

P.S. Прошу прощения, если вдруг, вопреки сознательным намерениям, какими-то неосторожными формулировками задел Вас или как-то иначе огорчил. Есть смутное интуитивное ощущение, что такое могло быть. Это случайно.

3.7.2018
Можете ли Вы удалить с сайта тему с нашей перепиской? Первоначальной моей целью было сообщить Вам те критические замечания, которые возникли у меня на тему Вашей статьи, чтобы избежать ситуации критики «за спиной». Я это сделал, написав Вам первое письмо (вернее, письма). Вы предложили вынести общение на сайт, и я согласился, потому что не видел в этом проблемы (вернее, видел, но преодолимую — боялся, что меня «перегрузят» дискуссией… а в итоге сам Вас впоследствии перегрузил, забавно однако). Параллельно я читал другие Ваши тексты и решил (ошибочно), что с Вами вместе мне удастся продуктивно «покопаться» в теории. Написал Вам свои промежуточные наработки, но понял по Вашим ответам, что «дополнение» в работе, увы, не получится (видимо, психотипы по Афанасьеву на совместное сотрудничество не «заточены»:)). Какого-либо энтузаизма переписка среди других читателей сайта не вызвала в принципе. Соответственно, не вижу особого смысла оставлять в опубликованном виде столь «сырой» и незаконченный текст. Если будет что-то готовое и вразумительным слогом написанное — вот тогда и будет повод опубликовать, в том числе, и на Вашем сайте, если будете не против. Если же я так и «увязну в процессе», то «кормить» читателей маловразумительными опусами считаю неоправданной жестокостью

Здравствуйте, Борис! Прошу прощения, у меня цейтнот, отвечу позже. Пока только передаю Вам благодарность за «Город золотой» от коллеги Рысёнка (Ольги).

Вдогонку кое-какие мои биографические данные.
В детстве мне казалось, что большинство взрослых — очень умные. Т.е. если кто-то занимается каким-то делом, он до мельчайших деталей, буквально на «академическом» уровне знает все его нюансы. Например, повару точно известно, какие именно химические реакции происходят при приготовлении пищи, и т.п. Начав сталкиваться с фактами, свидетельствующими об обратном, я на протяжении долгого времени сильно им удивлялся.
Меня ужасала перспектива взросления, поскольку, глядя на старших, я видел (вернее, мне так казалось), что они совершенно не умеют радоваться жизни, как я, вечно озабочены чем-то непонятным и странным и не испытывают удовольствия от того, от чего испытываю я (игр и т.д.) и отчего, как мне казалось, любой нормальный человек должен испытывать его. Я очень боялся, что, когда вырасту, стану таким же унылым и безрадостным. И это в какой-то степени оправдалось: с возрастом во мне изрядно притупилась яркость испытываемых мной эмоций, а ещё они ощутимо сдвинулись, в среднем, в область негатива. Чтобы получить яркое и удовлетворяющее меня по силе позитивное эмоциональное впечатление, мне надо очень стараться. Возможно, это у меня даже на уровне ангедонии, но к врачам как-то всё не решаюсь идти по этому поводу.
Отчасти минорность мироощущения обусловлена тем, что мне на протяжении изрядного времени жизни сильно действовала (да и продолжает действовать) на нервы перспектива возможной правильности некоторых вариантов концепций устройства мира. В юности это была возможность правильности христианства. В детстве я без сомнений отбросил его как очевидно алогичную концепцию, однако в юности узнал, что существуют и определённо умные люди (учёные, философы), которые её разделяют, и это не вместилось в моей голове. Я начал сильно переживать: а вдруг оно всё-таки верно? Ведь тогда мир устроен алогично (а для меня такая возможность – ужас-ужас), да ещё в нём имеется существо, против которого я бессилен, которому есть до меня дело и которое мне совершенно не нравится! Позже я «снял» для себя это противоречие, убедившись, когда почитал этих самых учёных и философов, что научный титул, сам по себе, это ещё не синоним ума.
Но тут однажды судьба свела меня с Олегом Телемским (в ту пору он не успел сменить фамилию и был Шишковым), психологом-юнгианцем (на тот момент ещё любителем, впоследствии ставшим профессионалом) и оккультистом. Я давно и хорошо знаю его и абсолютно убеждён, что всё, что он сообщает в своих книгах и лекциях, есть его подлинные убеждения и факты его жизни. Это «сломало» мне всю схему мироздания в моей голове и до сих пор не позволяет качественным образом её восстановить. При этом, поскольку мировоззрение моё «тормознутое», анализ фактов и предлагаемых самими оккультистами интерпретаций (которые я часто отбрасываю как явную чушь) идёт ОЧЕНЬ медленно. А я всё это время не перестаю страдать от отсутствия цельной системы представлений о мире (хотя бы на базовом уровне) у себя в голове.
Когда пришла пора определяться с призванием в жизни, я пребывал в полном ступоре. В итоге поступил в первый попавшийся техникум на экономиста (он располагался через дорогу от дома), но на первом курсе, где преподавали, в основном, ещё только школьные общеобразовательные предметы, внезапно полюбил химию, которую в школе мне преподавали непонятно, поэтому я её не понимал и ненавидел. А тут внезапно понял и влюбился в её красоту и системную стройность! До сих пор жалею, что не бросил тогда техникум и не пошёл в следующий год куда-нибудь на химика, однако побоялся сворачивать с уже заданной колеи. В итоге отучился на экономиста в сфере земельно-имущественных отношений, хотя к экономике равнодушен (а к земельно-имущественным отношениям – тем паче) и к настоящему времени уже мало что оттуда помню (зато химию до сих пор хорошо знаю), поступил в ВУЗ, в соответствии с заданной «колеёй» сельскохозяйственный, с трудом заставил себя отучиться в нём 4 года, а затем сломался и бросил, недоучившись всего ничего.
О работе уже было написано выше.
Пожалуй, ограничусь пока этим набором фактов. Если что-то понадобится уточнить, уточняйте.
P.S. Если Вам будет так удобнее, можете отвечать не в соответствии с хронологией прихода писем, а в соответствии с разделением на тематические блоки. Впрочем, тут оно на Ваше усмотрение, просто свидетельствую, что не буду возражать против хронологического «перемешивания» присланных текстов.

Здравствуйте, Борис! Итак,постараюсь ответить на что смогу. К сожалению, смогу далеко не на всё. Видимо, мне нужно было раньше написать Вам, что больше одного письма в день – это перебор не только для меня, но даже и для моего почтового ящика

Плодотворного продолжения дискуссии я тоже не могу обещать Вам, к сожалению. Вы совершенно правильно заметили, что, видимо, наши психотипы для этого сочетаются не совсем гармонично.

Открытая переписка, вывешенная на сайте, очень полезна для развития нашей науки, для того, чтобы люди читали и лучше понимали систему Афанасьева. Поэтому я еще раз благодарю Вас за согласие на открытую переписку. Я готовлю сейчас новое издание своей книги, куда войдут некоторые диалоги с сайта — если Вы не возражаете, я хотела бы и туда включить некоторые отрывки из Ваших писем.

Очень может быть, что некоторые из Ваших теоретических выкладок и те цитаты из исследователей, которые Вы приводите, в самом деле полезны для развития и осмысления системы Афанасьева. Но я, к сожалению, не могу их даже оценить. Я делаю что могу – со своей стороны, со своего фланга.

Что касается Вашего психотипа, то диалоги с «августинами» обычно выглядят совсем иначе Количество Ваших размышлений, посвященных мышлению, мешает мне считать Вашу Логику не Третьей.

А насчет того, что Вы плохой актер – но ведь Вы сами написали: «После игры многие игроки были шокированы, узнав, что скромный студент Юлиус (имя моего персонажа) и периодически появлявшийся в городе шебутной чёрный кот отыгрывался одним и тем же человеком». По письмам мне показалось, что Вы очень хороший актер, и Ваше истинное призвание – служить красоте (раз Вы видите красоту даже в химии). Я пожелала бы Вам скорее избавиться от колл-центров и земельно-имущественных отношений, т.е. от всего, что Вы не любите, и снискать настоящий заслуженный успех в качестве актера, режиссера – а может быть, и драматурга? и поэта?

…Вы написали Игорю: «Я готовлю новое издание своего «Синтаксиса». Хотела бы вставить туда отрывки из нашей с Вами переписки — не касательно Вашего типирования, а общие соображения». Правильно ли я понимаю, что это же относится и ко мне, т.е. из нашей переписки Вы также планируете цитирование лишь общих соображений, а не относящихся конкретно к моему типированию? Признаться, это было бы для меня более предпочтительно, хотя и строгих запретов на использование моего случая в качестве иллюстративного я делать не хочу (в конце концов, оно и так всё в общем доступе опубликовано).

Насчёт Маслоу — пожалуй,соображения мои были чересчур скоропалительны, поэтому предлагаю их и вовсе не публиковать (впрочем, если сочтёте их достаточно интересными для публикации, то публикуйте, я принципиально не против, но уточняю, что сам же в них потом усомнился по мере дальнейшего знакомства с его книгой).

С уважением, Борис

Что касается типирования, то, разумеется, все имеют право на ошибки, и я тоже. Но относительно Первой Воли, все-таки мне кажется, что я не ошибаюсь. Вот посмотрите: Вы считаете, что у Вас Вторая Воля, и тут же пишете: «Когда я решил, что Вы не хотите продолжать общение, причиной этому было не промедление с ответом, а неправильно понятая фраза (думаю, тут сыграла роль мнительность, свойственная мне в общении с людьми)».
Как раз Второй Воле мнительность вообще не свойственна. Мнительность – это ранимость, т.е. либо 1, либо 3.
Вторая Воля общается со всеми безо всякой мнительности, чувствует и учитывает интересы и пожелания всех участников, старается никого не обидеть. А Первая склонна принимать решения единолично, под влиянием своих порывов, не считаясь с чужими интересами, и о существовании других интересов приходится ей специально напоминать – вот как мне пришлось Вас уговаривать не лишать человечество нашего диалога. Вторая Воля помнит об интересах человечества без напоминаний. Так что Ваша НЕ-вторая Воля видна не «методом исключения».

Вы ведь молодой человек? Я верю, что Вы субъективно кажетесь себе человеком тихим и вовсе не волевым, но извне Вы видитесь – по крайней мере мне – довольно импульсивным любителем сжигать мосты, ничтоже сумняшеся и не думая о том, что эти мосты нужны не только Вам. Если Вы обратите на это внимание и будете реже поддаваться резким порывам, я буду считать, что наша с Афанасьевым цель достигнута

Еще на одно место из Ваших писем мне хотелось бы обратить внимание, уже не в связи с Волей. Вы пишете: «Те, в которых мысль излагалась связно и чётко, «проглатывал» и усваивал быстро, в тех же, где неясно и путанно, надолго увязал. А догадайтесь с трёх раз, какая из этих двух категорий в оккультной литературе преобладает? :)»
Я совершенно согласна, что связные и четкие мысли лучше, чем неясные и путаные. Более того, я вообще посоветовала бы Вам читать только таких авторов, у которых всё связно и четко, а неясного и путаного не бывает. Например, очень рекомендовала бы Вам, если будет настроение, послушать на Ю-Тюбе лекции покойного академика Андрея Зализняка (он говорит с запинками, но исключительно светлая голова, безукоризненная Вторая Логика). А вообще, к сожалению, на свете много лажи, в которой легко «надолго увязнуть». Поэтому подозреваю, что оккультную литературу вообще читать не стоит, и любых авторов, которых Вы хоть раз… ну хорошо, два раза поймали на путаности – лучше не читать. Это совет для всех, но для Третьей Логики, мне кажется, он важнее, чем для остальных, именно потому, что она склонна к «суперпроцессу».

И последнее, о чем я хотела спросить Вас: Вы написали, что психолог Маслоу показался Вам не ФЭЛВ (но потом, кажется, поменяли мнение). Можете ли рассказать конкретнее? Если я в самом деле ошибаюсь, а Вы меня поправите, это было бы очень хорошо.
Спасибо!
Р.

Здравствуйте, Рахель!
Хорошо, я принимаю Ваше замечание насчёт невежливости удаления темы. Но тогда я ничего не имею и против публикации, так как не вижу смысла запрещать использование в книге уже опубликованных (пусть и в Интернете) текстов. Уж извините за такую «ветренность», но я исхожу из контекста ситуации. Может быть, я был слишком суров и пессимистичен (последнее, как уже отмечал, мне в принципе свойственно). Даже интересно будет посмотреть, что именно и в каком ключе Вы используете из нашего с Вами диалога.
Должен отметить, Ваша версия моего психотипа изрядно меня развеселила. Предыдущее сообщение писал в мрачном расположении духа, думал: обидно, потенциально ценные для науки идеи и автором толком не были проработаны на нормальном уровне, и последователи от него далеко не ушли. Теперь благодаря Вашему письму сумел поглядеть на ситуацию с юмором, и это облегчило мне её принятие.
Ответ Игоря ещё не читал, но в большом предвкушении. Как только допишу Вам письмо, сразу же с ним ознакомлюсь. Поскольку Вы просили не писать подряд много писем, напишите, пожалуйста, когда будете готовы получить мой ответ.
С уважением,
Борис

«В принципе, любой человек, даже ребенок, должен сам делать свой выбор. Никто не должен решать за него слишком часто, потому что от этого человек теряет силы, веру в себя и, отчасти, свою способность получать внутреннее удовольствие в своем опыте, лишается своих импульсов, своего отношения ко всему, своих чувств и способности отличать их от стандартов других людей*.
Если все это так, если ребенок сам должен решать, идти ему вперед или нет, поскольку он один может знать свое субъективное переживание удовольствия, тогда как мы можем примирить эту абсолютную необходимость в доверии внутренней индивидуальности с необходимостью помощи от окружения? Ведь ребенок действительно нуждается в помощи. Не чувствуя поддержки он будет слишком напуган, чтобы дерзать. Каким образом мы можем помочь ему в его развитии? — И, что не менее важно, каким образом мы можем помешать его развитию?
«С того момента, как коробка попадает к нему в руки, он чувствует, что волен сделать с ней все, что захочет. Он открывает ее, размышляет над ее содержимым, выражает удовольствие или разочарование, замечает расположение содержимого, находит руководство, касается стальной поверхности, взвешивает в руке различные части, пересчитывает их и т.д. Все это он делает прежде, чем попытаться совершить что-то со всем конструктором. Затем приходит жгучее желание что-то с ним сделать. Это может быть только подгонка одной части к другой. Одно это дает ему ощущение того, что он что-то делает, и что он может справиться с этим конкретным предметом. Что бы ему ни захотелось делать дальше — полностью собрать конструктор и, соответственно, получить удовлетворение от своего достижения или же разбросать в разные стороны все детали — его контакт с игрушкой имеет смысл. Результаты активного ощущения могут быть приблизительно суммированы следующим образом. Физическое, эмоциональное и интеллектуальное погружение в себя; признание и дальнейшее изучение своих способностей; начало деятельности или творчества; определение своего темпа и ритма, и выбор задачи, которую можно решить в это конкретное время, что включает в себя умение не брать на себя слишком много; овладение навыками, которые можно применить в других затеях, и каждый раз — возможность принятия активного участия в каком-нибудь, пусть даже самом незначительном событии, чтобы точнее определить сферу своих интересов.
Вышеописанной ситуации можно противопоставить другую, в которой человек, принесший в дом конструктор, говорит ребенку: «Вот конструктор, давай я тебе его открою». Он так и поступает, а затем показывает ребенку все, что лежит в коробке: руководство, различные детали и т. д., а в довершение всего принимается сооружать одну из сложных моделей, например, подъемный кран. Ребенку может быть очень интересно то, что происходит у него на глазах. но давайте сосредоточимся на одном аспекте происходящего. Ребенку не дают возможности самому заняться конструктором, используя свое тело, разум или чувства, ему не дают возможности испытать свои силы в новом для него деле, посмотреть, на что он способен или придать новое направление своим интересам. Сооружение для него подъемного крана может привести в действие и другой фактор. Ребенку может захотеться сделать то же самое, хотя у него не было возможности подготовиться к решению столь сложной задачи. Целью мероприятия становится объект, а не ощущение причастности к процессу создания объекта. Кроме того, что бы он потом ни сделал самостоятельно, все будет казаться ему ничтожным по сравнению с тем, что кто-то уже сделал для него и за него. Он не приобрел никакого опыта, который поможет ему, когда он в следующий раз столкнется с чем-то новым. Иными словами, он внутренне «не вырос», его «опыт» был навязан ему извне. Для человека любое активное ощущение — это возможность понять, что он любит или не любит и кем он хочет стать. Это существенная часть его продвижения к зрелости и самостоятельности». Противоположностью субъективному ощущению удовольствия (вере в себя), если речь идет о ребенке, является мнение других людей (любовь, уважение, одобрение, восхищение, вознаграждение — то есть вера в других в ущерб вере в себя). Поскольку другие люди жизненно важны для беспомощного ребенка, страх потерять их (как гарантов безопасности, «поставщиков» питания, любви, уважения и т. д.) является первобытным, парализующим страхом. Поэтому ребенок, когда ему нужно сделать трудный выбор между собственными приятными ощущениями и ощущением одобрения других людей, как правило, вынужден выбирать одобрение других людей и либо подавлять, либо умерщвлять свое удовольствие, либо не замечать его, либо контролировать его силой своей воли. Как правило, одновременно с этим развивается предубеждение относительно ощущения удовольствия, или же стыдливое и скрытное отношение к нему, которое, в конце концов, приводит даже к неспособности ощущать удовольствие.»

Итак, предлагаю (внезапно даже для себя самого) версию ФЛЭВ («эпикур»). Осталось только проверить её, найдя более полные биографические данные.
Попытался комбинировать в поисковике фамилию психолога со «сдержанностью» и т.п., но ничего не добился. Зато нашёл ещё один любопытный биографический очерк: http://brandstory.com.ua/portret-abraxam-maslou-1908-1970/
Ниже приведу из него цитаты, сопроводив своими комментариями:

«Отношения Абрахама с матерью складывались скверно и были окрашены взаимной неприязнью. Миссис Маслоу была вздорной особой и жестоко наказывала детей за малейшую провинность. К тому же она откровенно отдавала предпочтение двум младшим детям, а первенца недолюбливала. В памяти мальчика на всю жизнь отпечаталась сцена: мать разбивает о стену головы двум кошкам, которых сын принес с улицы.
Он ничего не забыл и не простил. Когда мать умерла, Маслоу даже не явился на ее похороны. В его записках можно найти такие слова:
«Вся моя жизненная философия и мои исследования имеют один общий исток — они питаются ненавистью и отвращением к тому, что воплощала собой моя мать».»

Я бы тут предположил травму по Воле и/или Физике (историю с кошками даже я бы навсегда запомнил и не простил, а уж обладатель третьей Физики – если предположить, что она у него была третья – тем паче!).

«Важно отметить, что Абрахам был совсем не красавцем. Щуплое телосложение и огромный нос делали его отталкивающе-комичным. Он настолько тяжело переживал недостатки своей внешности, что даже избегал ездить в метро, подолгу дожидаясь пустого вагона, где мог бы никому не попадаться на глаза. Можно даже сказать, что в детстве и юности он терзался тяжелейшим комплексом неполноценности в связи со своей внешностью. Может быть, именно поэтому его впоследствии так заинтересовала теория Альфреда Адлера, с которым он даже познакомился лично, когда тот переселился в Америку. Ибо сам Маслоу был живым воплощением этой теории. В полном соответствии с идеями Адлера (с которыми он, разумеется, в юности еще и не был знаком) он стремился компенсировать свое худосочие и неловкость интенсивными занятиями спортом. Когда на этом поприще реализовать себя не удалось, он с тем же рвением занялся наукой.»

Не читал Адлера, но наслышан, что в центре его концепции стоит Воля к Власти. Поэтому, опять же, сие можно рассматривать как дополнительные свидетельства в пользу «доминантных» Воли с Физикой.

«В возрасте 18 лет Абрахам Маслоу поступил в Нью-Йоркский Сити-Колледж. Отец хотел, чтобы сын стал адвокатом, однако юридическая карьера юношу абсолютно не привлекала. Когда отец спросил, чем же он все-таки намерен заниматься, Абрахам ответил, что хотел бы «изучать все».»

Здравствуйте, Рахель!
Признаю, что приведённые Вами в пользу исходной версии аргументы выглядят достаточно веско. Интервью посмотрел — в самом деле, Маслоу на нём не производит впечатление обладателя четвёртой Эмоции (или, тем более, третьей). Для сравнения даже приведу со своей стороны ссылку на видеозапись, запечатлевшую Рональда Рейгана, который рассказывает советские анекдоты. Если сравнить эти две записи, то бОльшая эмоциональная сдержанность Рейгана становится весьма заметна (особенно при учёте того, что анекдоты — куда более «эмоциональный» жанр, чем интервью): https://www.youtube.com/watch?v=UlAbMlyqHZo
С уважением,
Борис

4/8/2018
Здравствуйте, Борис!
Послушала запись, согласна с Вами. И не то чтобы у Рейгана не было эмоций — наоборот, он очень даже старается развеселить всех слушателей, но в целом впечатление суше. Похоже, что его Эмоция как бы управляется кнопкой вкл./выкл., а у Маслоу не так.
Спасибо!
Р.

14/8/2018
Здравствуйте, Рахель!
У меня к Вам просьба, в которой возникла потребность по этическим причинам. В нашей переписке я процитировал философа Александра Хоцея. Впоследствии вокруг его цитаты развернулась моя дискуссия с Игорем о математике, которая затем «переехала» сначала в личную переписку, а потом, с моей подачи, и на форум сайта самого А. С. Хоцея. Сегодня он разместил на нём свой ответ, в котором, в частности, обращает внимание на контекст данной цитаты, сочтённый мной несущественным и потому оставшийся с моей стороны без пояснений. Чтобы компенсировать это, прошу Вас разместить в теме «Переписка с Борисом» текст этого моего письма с приведённым ниже фрагментом ответа Хоцея, где он поясняет свою цитату с учётом проигнорированного мной контекста. Думаю, это даже будет не совсем стопроцентный оффтоп, поскольку тема природы человеческого мышления может оказаться важна для понимания того, что Афанасьев в своей типологии осмысляет как функцию по имени «Логика»

«СМЫСЛ ПЕРВОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ Использованная (с какой-то посторонней темам Вашей переписки целью) Борисом цитата взята из той главки «Теории общества», где говорится об особенностях примитивного познания с упором на такое осмысление первобытными людьми фактов окружающей реальности (включая социальную, являющуюся моим непосредственным предметом в отмеченной работе), своих собственных «я» и вообще всего на свете, которое принималось этими людьми за объяснение указанных фактов, т.е. порождало «ощущение» их понимания. В данной главке я утверждаю, что мозг (само собой, головной: я говорю только о нём и даже только о тех его частях, которые отвечают за интеллект и разум) сложившегося хомо сапиенса, скажем, неолитической эпохи устроен и, соответственно, работает принципиально так же, как и мозг современного человека (практикует те же «технические» и «операциональные» процедуры и алгоритмы), но мыслим мы (в части указанного объяснения себе фактов реальности (объяснение есть вид мышления, а последнее – «часть» познания, о чём см. ниже)), тем не менее, весьма различно. Что определяется уже разностью содержаний наших мозгов, т.е. «записанных» в них представлений-знаний (понимаемых тут, конечно, как именно знания, то бишь как верно фиксирующие особенности их референтов представления, а не как подряд все последние, многие из коих могут быть и псевдознаниями: от ложных представлений, увы, никто не застрахован; обычно даже бывает так, что содержания многих наших представлений частью истинны (суть подлинные знания о продуцирующих эти представления объектах), а частью ложны (суть «фантазии на темы»)). У первобытных людей, понятно, действительных знаний куда меньше и они намного проще. Ибо: а) это самый ранний период становления знаний и б) легче и, следовательно, раньше всего осваивается наиболее простое, бросающееся в глаза и близкое «по жизни».

При этом то же самое, разумеется, можно сказать и о различиях мышлений (включая понимания мира и себя) людей иных разных (по объёмам наличных знаний) эпох, например, средневековья и Нового времени, 19 и 20 веков и пр. Более того, придёт время, и наши далёкие потомки тоже будут оценивать наши нынешние взгляды как наивные и примитивные, исходящие из крайне ограниченных знаний. Но пока – мы на вершине пирамиды и с этой верхотуры можем снисходительно посмеиваться над представлениями наших предков. В том числе, теми, посредством (с помощью) которых древнейшие из последних объясняли себе мир.

Так, я в этом плане (вслед за множеством других исследователей) отмечаю, в частности, их оголтелый антропоморфизм (одушевление всего и вся, истолкование всего подряд по своему образу и подобию), сопутствующий ему синкретизм (т.е. обратное невыделение себя из природы и, вообще, тотально однообразное понимание всех объектов, опирающееся на незнание их принципиальных различий), злоупотребление объяснениями по аналогии (сходству) и т. п. (кстати, где-то в общем тексте главки я ошибочно отождествляю аналогии и ассоциации, заявляя, будто последние тоже образуются по сходствам; это, конечно, не так: ассоциативные связи между различными нашими представлениями формируются не только и не столько благодаря сходствам соответствующих объектов, сколько в силу многих иных «сближений» оных в ходе наших их восприятий). В ряд данных особенностей первобытного «шевеления мозгами» (в ходе интеллектуального отражения-освоения действительности) я помещаю также и ту, которую называю содержательностью. Не очень удачно называю, конечно, но важно ведь не используемое имя (слово), а придаваемое ему значение. Что же я называю указанным термином?

На этом стОит остановиться подробнее. Как из-за того, что тут обнаружилось недопонимание, так и потому, что сия особенность – особенная. В отличие от антропоморфизма, синкретизма и пр., которые со временем (т.е. сростом знаний) постепенно изживаются, то, что я именую содержательностью, присуще, по сути, любому, а не только первобытному познанию. Это именно «всеобщая особенность познания», как и говорится в цитате.

На примере первобытности она разве что резче бросается нам в глаза (причём, именно нам, а не самим перволюдям). Но и мы, безусловно, «грешим» тем же. Ибо сие имманентно работе мозга. Тут существенны два момента.

Первый. Мозг – это сложный «механизм», выполняющий (разными своими отделами или путём кооперации их действий) множество разных работ. Причём, даже чисто интеллектуального плана, т.е. отбрасывая всякие мотивации, волю, отдачи команд мышцам и пр. Возьмём, скажем, то же мышление. Это лишь один из видов интеллектуальной и, в особенности, разумной деятельности мозга, наряду со многими другими (отличающимися и от мышления, и друг от друга), например, (а) восприятием (главным образом, внешних воздействий), (б) выработкой (по итогам неких множеств восприятий одного и того же или сходных объектов) представлений (в виде остающихся по следам указанных восприятий преобразований нейронов и их связей), (в) использованием этих представлений для опознания вновь воспринимаемых объектов, (г) использованием их же для оценки ситуации (как ценностной, сотрудничающей с мотивациями, так и объективной, осуществляемой сравнением; неценностными оценками являются, например, пространственные и временные: что дальше или ближе, раньше или позже и т.п.), соответственно, выбора линии поведения (в сумме опознание и оценка дают ориентацию в окружающей среде) и т.п. Мышление же – это тоже использование имеющихся у разумной (и даже отчасти – попросту обладающей интеллектом) особи представлений, но с другой целью и в ином процессе. Опознание или непосредственная оценка (ибо возможны ещё и оценки, требующие размышлений (речь тут идёт уже о делении оценок не на ценностные и нет, а по способу их выработки)) суть прямые сопоставления вновь приходящих сигналов со следами прежних восприятий, то бишь с представляющими собою эти следы представлениями, а мышление – это оперирование только самими данными представлениями, комбинирование, сопоставление и пр. их между собой с целью получения из них (в том числе, путём индуктивного и/или дедуктивного выведения) новых (так сказать, вторичных) представлений. Кроме того, сами перечисленные виды деятельности мозга выделены мной тоже грубо, т.е. обобщённо.

Потому как все они могут быть дифференцированы ещё и внутри себя. Так, и восприятия восприятиям рознь (слуховые ощущения, скажем, совсем не то, что зрительные, а в рамках самих последних – ощущения цвета отличны от ощущений пространственных или временных соотношений), и представления о разных (скажем, категориально) объектах друг другу не чета, и, наконец (пропуская для краткости опознания и оценки), мышление – вовсе не один и тот же во всех его случаях, а обладающий множеством ипостасей процесс.

Комбинирование представлений, например, явно отличается от их сопоставлений (допустим, сравнений), индуктивное выведение – от дедуктивного, обобщение – от объяснения, анализ – от синтеза и т.п. Короче, тут (в работе мозга), куда ни ткни, повсюду натыкаешься на тьму в той или иной мере специфических операций. При решении каждой особой задачи (выполнении особой деятельности) мозг работает различно. Отчего эти его «работы» – в плане их содержания, т.е. того, что в них конкретно делается – можно рассматривать отдельно (А тут не есть Б).

(продолжение следует)